Category: литература
Category was added automatically. Read all entries about "литература".
Моя рецензия на повесть "Побочная семья" Бальзака
Моя рецензия на повесть "Альбер Саварюс" Бальзака
"Феррагус, предводитель деворантов" Бальзака: мой пересказ
В числе синонимов "из огня да в полымя" всесильный яндекс предлагает нам выражение "то понос, то золотуха", и именно это ощущение я испытываю, продолжая свое паломничество по библиографии Оноре Бернаровича Бальзака. Увы, обеты, данные мною, выполнить невозможно -- я дрогнула. Дело в том, что цикл "Человеческая комедия" делится на несколько подциклов; первый из них, который был весьма разнообразен по локациям -- «Сцены частной жизни» я закончила, дальше начинаются «Сцены провинциальной жизни». Действие которых, как явствует из названия, происходит в провинции.
( Collapse )
( Collapse )
Список поисковиков, помимо гугла
Джентльмены предпочитают блондинок
"Джентльмены предпочитают блондинок" -- это не только весьма достойный мюзикл с Мэрилин Монро, но и весьма замечательная книга, написанная американской писательницей Анитой Лус.. За ней последовало продолжение "Но женятся джентльмены на брюнетках". Годы спустя, когда Лус спросили, как бы она назвала третью книгу в цикле, она ответила "Джентльмены предпочитают джентльменов". На этом телеинтервью пришлось прервать.
( Collapse )
( Collapse )
З - злорадство
Желая вызвать ревность, в 1826 году Анна Вульф пишет Пушкину:
"Не тревожьтесь относительно кузена, моя холодность его оттолкнула, да и потом явился другой соперник, с которым он не смеет равняться и которому принужден уступить место: это Анреп, который провел здесь последние дни; нужно сознаться, он очень красив и оригинален; я имела счастье и честь одержать над ним победу. О, этот превосходит даже и вас, чему я никогда бы не поверила, — он идет к своей цели гигантскими шагами; судите сами: я думаю, что он превосходит вас даже в дерзости. Мы много говорили о вас, к моему большому изумлению, он сказал мне также некоторые ваши фразы, напр., что я чересчур умна, чтобы иметь предрассудки.
( Collapse )
"Не тревожьтесь относительно кузена, моя холодность его оттолкнула, да и потом явился другой соперник, с которым он не смеет равняться и которому принужден уступить место: это Анреп, который провел здесь последние дни; нужно сознаться, он очень красив и оригинален; я имела счастье и честь одержать над ним победу. О, этот превосходит даже и вас, чему я никогда бы не поверила, — он идет к своей цели гигантскими шагами; судите сами: я думаю, что он превосходит вас даже в дерзости. Мы много говорили о вас, к моему большому изумлению, он сказал мне также некоторые ваши фразы, напр., что я чересчур умна, чтобы иметь предрассудки.
( Collapse )
Материальная база отечественных киногрез: костюмы для героев
Читая мемуары Видока-5
Как вы наверно уже догадались, важнейшими качествами моего характера являются занудство и упорность. Поэтому продолжаем читать Видока вместе.
Мы оставили нашего рассказчика на том, что он совершил подвиг а-ля Пьер Безухов и спас в чаду битвы чадо. Затем он (скромненько) совершает новый подвиг: англичане бомбардируют Булонь (это должен быть 1806 или 7 год), и английский граф Лодердейл как раз в этот момент застрял в городе. Французы, натурально, хотят британца линчевать прямо на месте, но Видок пробивается сквозь толпу со шпагой в руках, разгоняет их праведной речью а-ля Николя Ростов к мужикам, и англичанин спасен.
( Collapse )
Мы оставили нашего рассказчика на том, что он совершил подвиг а-ля Пьер Безухов и спас в чаду битвы чадо. Затем он (скромненько) совершает новый подвиг: англичане бомбардируют Булонь (это должен быть 1806 или 7 год), и английский граф Лодердейл как раз в этот момент застрял в городе. Французы, натурально, хотят британца линчевать прямо на месте, но Видок пробивается сквозь толпу со шпагой в руках, разгоняет их праведной речью а-ля Николя Ростов к мужикам, и англичанин спасен.
( Collapse )
Бальзак. "Евгения Гранде" (моя рецензия)
Только что попался термин trauma porn -- так называют произведения (тексты, фильмы), которые привлекают своих потребителей сильными эмоциями, аффектами, американскими горками чувств, когда герои постоянно попадают в сложные ситуации, с драмами, и это настолько откровенный поп-корн, что даже уже неприлично.
Именно этот вид "порнографии", граждане, и доставляет мне интеллектуальное удовольствие в моей эпопее по перечитыванию всего Бальзака, которая началась 10 месяцев назад. Поняла я внезапно, узнав термин. И дело тут не в тех историях, которые сплетает писатель в своих книгах. Поверх этого всего есть отдельная мета-история: взлеты и падения самого писателя. Чтобы оценить это по-настоящему, в начале квеста я прочла пару биографий Бальзака и прониклась его сложной писательской карьерой. Мета-история, которой я наслаждаюсь, переходя от одной книги к другой -- о том, как здесь Бальзак был на высоте и создал шедевр, а здесь -- он в глубокой яме из-за здоровья или преследующих его кредиторов, а тут он пытается подлизаться к богатой любовнице, а тут он окрылен страстью к вельможной красотке, а тут вынужден лепить халтуру из-за издателей, марширующих под его окнами, словно ку-клус-клановцы. Будучи сама писательницей, хотя и не такого уровня, и пройдя несколько раз стадии утверждения, верстки, продаж и проч., я ощущаю эту кухню и изнутри. Особенно чувствую, конечно, моменты, когда автору обязательно надо было выжать из себя хоть что-нибудь, но ничего приличного в упор не выжималось.
( Collapse )
Именно этот вид "порнографии", граждане, и доставляет мне интеллектуальное удовольствие в моей эпопее по перечитыванию всего Бальзака, которая началась 10 месяцев назад. Поняла я внезапно, узнав термин. И дело тут не в тех историях, которые сплетает писатель в своих книгах. Поверх этого всего есть отдельная мета-история: взлеты и падения самого писателя. Чтобы оценить это по-настоящему, в начале квеста я прочла пару биографий Бальзака и прониклась его сложной писательской карьерой. Мета-история, которой я наслаждаюсь, переходя от одной книги к другой -- о том, как здесь Бальзак был на высоте и создал шедевр, а здесь -- он в глубокой яме из-за здоровья или преследующих его кредиторов, а тут он пытается подлизаться к богатой любовнице, а тут он окрылен страстью к вельможной красотке, а тут вынужден лепить халтуру из-за издателей, марширующих под его окнами, словно ку-клус-клановцы. Будучи сама писательницей, хотя и не такого уровня, и пройдя несколько раз стадии утверждения, верстки, продаж и проч., я ощущаю эту кухню и изнутри. Особенно чувствую, конечно, моменты, когда автору обязательно надо было выжать из себя хоть что-нибудь, но ничего приличного в упор не выжималось.
( Collapse )