В кабинете в стиле классицизм, где мебель из карельской березы перемешана с функциональными книжными шкафами, забитыми каталогами и наградами, Маргарита Реформатская, в сером костюме в стиле Шанель, похожая на постаревшую, но все также прекрасную Фанни Ардан, холодно принимает бывшего сотрудника.
Янусов рассказывает ей, что картина украдена и подменена. Она ему не верит. Он клянется. Она требует доказательств. Он отвечает, что в стальном бункере как бы на телефон не фотографировал, пусть они посмотрят под микроскопом. Она спрашивает – чей бункер?
Он отвечает: расскажу, когда вы убедитесь в истинности моих слов.
Реформатская вначале решает игнорировать информацию как глупый слух. Но теперь каждый раз, когда она проходит через тот музейный зал и взгляд ее падает на ту Картину, выставленную на почетном месте с особенно волшебным освещением, ей не по себе. Она начинает замечать то, чего не видела раньше: как луч полуденного солнца падает на позолоту рамы, создавая на стене длинную, дрожащую тень; как в тишине зала слышен едва уловимый скрип старого паркета, будто сама Картина поворачивается к ней.
Бесят фильмы про арт-ограбления музеев, в которых элегантные воры-джентльмены ловко (и совершенно неправдоподобно) обманывают музейных работников и утаскивают, свернув в трубочку, шедевр в свой сверкающий сталью бункер, где наслаждаются им в одиночестве, лишив людей народного достояния.
Я посмотрела 148 фильмов на эту тему (гипербола), меня стошнило радугой (зачеркнуто), я испытала катарсис и теперь предлагаю вам свой вариант сценария про кражу картины, более правдоподобный и, главное, не оскорбляющий мое чувство морали. _______________________________________________
Название: «МУЗЕЙ ЗАКРЫТ НА РОКИРОВКУ»
Место действия: крупный город Российской Федерации Время действия: наши дни Жанр: интеллектуальный триллер, арт-детектив, авантюрная драма, социальная сатира, современный неонуар
— Список воров («шесть друзей русского Оушена») —
Маргарита Реформатская — директор государственного музея 60-летняя женщина с внешностью Фанни Ардан, сохранившая превосходную фигуру и отлично одевающаяся в стиле Шанель. Железный характер. Отличный менеджер, провокатор и манипулятор, как и положено хорошему директору музея.
Кирилл Янусов — успешный арт-дилер, бывший сотрудник музея Около 35-40 лет. Похож на молодых Мадса Миккельсена и Киллиана Мерфи. Абсолютно светский человек, звезда гламурных тусовок, обаятельный и изысканный. Необыкновенно хорошо образован, но обычно это скрывает, чтобы не обижать собеседников. Выдает себя только «среди своих», или чтобы загипнотизировать клиента или красивую девушку своим превосходством.
Варвара Целиковская — искусствовед Около 30 лет. Сотрудница отдела живописи. Нарочно форсирует имидж «библиотекарши», ходит в растянутых свитерах и толстых очках. После развода из-за предательства бывшего мужа приобрела цинизм и прячется от внимания мужчин, хотя вполне умела ими манипулировать, но потеряла веру в себя. Нервничает, когда Янусов с ней (машинально) флиртует. При этом она анонимно ведет ядовитый и влиятельный телеграмм-канал, который является сублимацией ее сильного характера.
Миша Крамник — сисадмин, в качестве хобби хакер Около 20-25 лет. Бледный гений в одежде стиля techwear. В музее следит за тем, чтобы все электрические приборы работали. Как попал на эту работу – неясно, видимо, родня устроила. Тайно и безответно, с легким оттенком мазохизма, влюблен в Реформатскую. Вначале воспринимает работу в музее как рутину и глупость старперов, не понимая, почему нельзя все взять и просто оцифровать. Затем он осознает, что искусство — это прекрасная ошибка, аналоговый баг, который невозможно взломать и воспроизвести.
Алла Эйсмонт — реставратор Лет 45-50, похожа на Шерлока Холмса в юбке, Тильду Суинтон и Кейт Бланшет. Светловолосая, сухопарая, коротко стрижется, не красится. Обладает необыкновенно саркастичным чувством юмора, который люди со средним IQ понять неспособны. Незыблемое воплощение спокойствия, хирург вечности, патологоанатом шедевров.
Олег Томин — музейный зам по безопасности Около 50 лет. Очевидный (бывший?) офицер, но непонятно чего, потому что теперь он ходит в штатском, ну, замдиректора музея же. Так что видимо, все-таки «из конторы». Угрюмый прагматик, который поначалу считает искусство блажью, но в итоге заражается пылом своих коллег. Его арка — это возвращение к идеалам честного сыщика из классических советских детективов юности.
Заголовки «Коллекция искусства ценой в $2 млрд завещана Владимиру Путину», «Леонардо да Винчи из московской квартиры», «Путин официально стал долларовым миллиардером» и так далее в 2024 году заставили меня беситься.
Речь шла о собрании картин художника Элия Белютина и его жены искусствоведа Нины Молевой, которую она, умерев в том году, оставила президенту. По интервью покойных владельцев и фотографиям вещей уже тогда было понятно, что это какая-то лажа.
Полтора года спустя после новости я поинтересовалось, что происходит теперь с завещанным собранием. Никаких двух миллиардов долларов. Никаких подлинников Леонардо и Рубенса.
Сплошные копии и копии с копий. Вдобавок, все зассано котами и засижено тараканами.
Тактильные зоопарки и «диснейленды» сломали людям мозг. Никто не хочет ходить в музеи «просто смотреть», обязательно надо как-то «поучаствовать». Продвинутые выставочные архитекторы специально делают тактильные модели, которые получаются не столько для слепых, сколько для детей и любителей интерактива. Выставка теперь как салат для хипстера 2010-х – не зачот, если не сделал селфи. Оргия безумия, разворачивающаяся в Эрмитаже – симптом этого переформатирования паттернов поведения толпы. Но еще это и проявление неких глубинных архетипов, бродящих в нашем сознании. А может, в сознании конкретно отечественных мужчин?
Представителю народа очень, очень хочется посидеть на настоящем императорском троне в Эрмитаже. Я поискала в международных отчетах о вандализме в музеях – нигде такого нет: максимум, разобьют статую, делая селфи. Самый похожий случай – в 2017 году сломали старинный гроб, положив туда ребенка для фотосессии. У нас же – два громких случая за последний год, а ведь были и еще.
История с Топоровскими и их подделками авангарда продолжается как фарс. Те остатки их коллекции, которые не были конфискованы властями и отправлены на экспертизу (доказавшую фейки) они, оказывается, решили продать. Торги прошли в двух частях на бельгийском аукционе Stanley's, который не побрезговал (часть 1 в декабре; часть 2 только что в апреле). Карикатуры на картины Гончаровой, Ларионова, Удальцовой, Родченко, Шагала и проч. продавались по совершенно бросовым ценам в 400-600 евро, ушли не сильно дороже и многие остались непроданными. Какая печальная судьба артефактов, с помощью которых клиентов разводили на миллионы долларов !
Дело Топоровских сдвинулось с мертвой точки спустя 8 лет после выставки в Генте, которая шокировала экспертов и любителей русского авангарда наглостью.
De Standaard опубликовало новости о деле, начало которого относится к 2018 году, когда Игорь и Ольга Топоровские выставили в бельгийском музее свою коллекцию авангарда, после чего, благодаря публикации в The ArtNewspaper, разразился скандал. (Полный обзор истории с неск. моими колонками — в моем блоге по тэгу).
Сейчас De Standaard пишет (перевод Андрея Васильева):
В следующий вторник дело Топоровских, касающееся русского авангардного искусства, подлинность которого поставлена под сомнение, будет рассмотрено в предварительной судебной палате Гента. Необходимо оценить, достаточно ли доказательств для передачи дела Игоря и Ольги Топоровских и бывшего директора музея Екатерины де Зегер в суд. Прокурор просит передать дело супругов Топоровских в суд; в отношении де Зегер – не просит. ( Collapse )
Следить за успехами Искусственного Интеллекта, как бы ни хотелось изысканным интеллектуалам отгородиться от его повсеместной спамовости, сейчас необходимо. Это нужно, чтобы успевать подкрутить настройки восприятия реальности у себя в голове.
Мы прошли рубикон. То, что ранее считалось железным доказательством истинности -- фото и видеозапечатление, теперь перестало быть такой уликой. Любая картинка, любой интересный факт, любое видео отныне может оказаться искусственно сгенерированным. И чем они вируснее, тем выше шансы на этот подлог, вернее, игру.
И если мы не запишем себе в настройки эту новую данность, постоянную бдительность (ну, типа как правило не пить некипяченую воду), то будем выглядеть как наивные неудачники, а не умные образованные люди.
Очередной скандал с русским и украинским авангардом. Эксперт Константин Акинша вышел в очередной свой крестовый поход против фальшаков. На сей раз он борется с реально комическо новодельной мазней, висящей в итальянскос музее под самыми громкими нашимт фамилиями.
25 декабря Северо-Кавказский филиал ГМИИ прекратил свое существование как юридическое лицо. Таким образом из всей сети экс-ГЦСИ, которую Пушкинский унаследовал от РОСИЗО, остались только Нижний Новгород и Томск. Печальный крах такой замечательной когда-то истории.
Нам пишут, что:
все бывшие сотрудники владикавказского филиала трудоустроены в главный местный Художественный музей имени Махарбека Туганова. Все [не особо многое] имущество ГМИИ передал Тугановскому музею.
Республика профинансировала аренду помещения, которое прежде занимал филиал. В нем теперь будет располагаться Культурный центр при Тугановском музее, где будут проводить выставки, лекции, мастер-классы, просветительские программы и т.д.
"Продолжаем все начатое и создаём новое. Можно закрыть юридическое лицо, но люди останутся. А Музей - это люди", пишет его экс-глава Галина Тебиева, в прошлом году занявшая пост директорам Музея им. Туганова.
Желаю удачи этим героическим музейщикам! Надеюсь, их превосходный фестиваль совриска "Аланика", на котором я бывала пару раз, продолжит существование.