Шакко: об искусстве

(реконструкция облика по черепу С. Никитина)

Зачем ты умер, жизнь моя, дорогой мой, меня вдовою оставив? Почему я не умерла прежде тебя? Погас свет очей моих. Где ты сейчас, сокровище жизни моей? Почему не поговоришь со мной, прекрасный свет очей моих?
Почему так рано увял, виноград многоплодный? Уже не подашь плода сердцу моему и сладости души моей!
Почему не посмотришь на меня, не промолвишь мне какого-нибудь слова? Ужели забыл меня? Почему не смотришь на меня и на детей своих, почему не отвечаешь им?
На кого ты меня оставил? Солнце мое, рано ты зашло, месяц мой прекрасный, рано ты померк. Звезда восточная, зачем на запад уходишь? (…)

Свет мой ясный, зачем померк ты? Если Бог услышит молитву твою, помолись обо мне, княгине твоей.
Вместе с тобой жила, с тобой и умереть хочу.
И юность еще не оставила нас, и старость не настигла. На кого оставляешь меня и детей своих? Недолго радовалась я с тобой: за весельем пришли плач и слезы, а за утехой и радостью — сетование и плач.
Почему не умерла я прежде тебя, чтобы не видеть смерти твоей и своей погибели! Слышишь ли, мой господин, слова мои печальные?
Почему не сжалишься над моими горькими слезами!
Звери в норы свои идут, птицы небесные к гнездам летят. Ты же, господин, из дома своего так внезапно уходишь. Кто я теперь? Осталась без своего царя.
Старые вдовы — утешьте меня, молодые вдовы — плачьте со мной: вдовья доля — самая горькая (…)

ЛИЦЕВОЙ ЛЕТОПИСНЫЙ СВОД

упс, нет.
это "Умирающий Марк Антоний"
неизв. худ., мастерская Лукаса Кранаха. Кристис

1932 год, худ. Эмзен, Генрих. ГЭ.

Той самой, "отравительницы", матери королевы Марго.

Срам какой.

Нет, я конечно, понимаю - Ренессанс и все дела. Но как-то уж поприличней можно было надгробиe королю Генриху II, погибшему от копья на турнире, и супруге его придумать... А то он прямо какой-то "Мертвый Христос" Достоевского-Гольбейна получился. А она - "Венера" Боттичелли. Диссонанс.

Дело происходило не совсем так, как пишут в учебниках. Да, действительно правда, что Архимед был убит при взятии Сиракуз римлянами, но неправда, что к нему ворвался римский солдат и хотел захватить его в плен, и что Архимед, поглощенный черчением геометрических фигур, раздраженно крикнул ему: «Не смей трогать мои круги!» Прежде всего, Архимеда никак нельзя было назвать рассеянным профессором, который даже не подозревает, что делается вокруг него: наоборот, по характеру он был прирожденным бойцом и изобретал военные машины для обороны Сиракуз. А кроме того, проникший в его дом римский воин вовсе не был пьяным мародером; это был хорошо вышколенный и весьма честолюбивый центурион Люций, состоявший при штабе и отлично знавший, с кем он имеет дело. Он вовсе не собирался увести Архимеда в плен; Люций остановился в дверях, отдал по-воински честь и громко произнес:

― Приветствую тебя, Архимед!
( Collapse )

Мне кажется, говорить о фашистском лагере смерти,
что там "условия были антисанитарными"
- это немножко все-таки та самая лилота, которая хуже воровства.

( Collapse )

Hеизвестный художник середины ХIХ века
Сцены из Восточной (Крымской) войны 1853-1856 годов: осада Севастополя, сражение при Альме, бой под Балаклавой. Середина 1850-х
Бумага, акварель, тушь, кисть, перо. 51 х 75,6