Шакко (shakko.ru) wrote,
Шакко
shakko.ru

Category:

Загадка шубы Деда Мороза: мучительное рождение советского канона

Как выглядел дореволюционный Дед Мороз и насколько он похож на сегодняшнего, доминирующего в современной российской масс-культуре? История оказалась более запутанной, чем я ожидала, а иконографическое расследование -- более увлекательным.


Праведников Евгений Иванович (1890 - 1940). "Зимняя сказка - Мороз и Снегурочка". 1914. "Тотемское музейное объединение"



Историки культуры, культурологи и проч. достаточно активно исследуют происхождение "культа" Деда Мороза в нашей прздничной обрядовости (коротенько можно тут глянуть), однако нормального исследования именно визуальных составляющих я не нашла. Так что попробую собрать сама, и проанализировать искусствоведческой методой.

Исследователи текстов пишут, что важным этапом сложения его образа явилась запись народных сказок -- Афанасьевым, в первую очередь. Однако отдельная веха 1840 год, когда Владимир Одоевский издал сказку "Мороз Иванович". Затем возникла поэма Некрасова «Мороз Красный нос» (1863). Также популярностью стала пользоваться народная сказка "Морозко" в разных обработках (мы сейчас пользуемся поздней, А. Толстого -- я не нашла точной даты пересказа Толстым, сайт Ленинки самое раннее издание выдает 1940 года, но нам тут нужно дореволюционное).

Давайте взглянем, как иллюстрировали эти дореволюционные сказки, и много ли там привычной нам иконографии Деда Мороза.

Непонятно,  насколько часто сказку Одоевского издавали с картинками. Вот единственное, что я навскидку нашла: иллюстрация Владимира  Маковского к сказке Одоевского "Мороз Иванович". Первое издание 1871 года, 4-е, с теми же картинками - 1894 (значит, было востребовано). Мороз на этой картинке, однако, с таким же успехом может быть и Одином, и замерзшим Зевсом Олимпийским -- никаких характерных атрибутов.

Сказки и сочинения для детей / [Соч.] Дедушки Иринея (кн. В. Ф. Одоевского). М.: Д. Ф. Самарин, 1871.


Для сравнения -- картина Владимира Боровиковского «Аллегория зимы в виде старика, греющего руки у огня» (1810-е)



Но не стоит считать боровиковского старика прямым "русским" предком Деда Мороза. Дело в том, что если не считать тулупчика заячьего, на этой персонификации Зимы ничего русского в иконографии нет. Западные коллеги Боровиковского в 18 веке делали ровно тоже самое.

И. К. де Вермонт. "Аллегория зимы" (до 1761)


Ж.Б. Ресту. "Аллегория зимы" (до 1797)


Почему именно старик олицетворяет зиму? Это идет из достаточно древней европейской системы символов, где все 4 времена года обозначались разными возрастами человека. За весну отвечают молодые люди, желательно красивая девушка (см. Боттичелли), лето может обозначаться красавицей в расцвете сил (ассоциации с Церерой; или работающим здоровым крестьянином). Осень -- часто это довольные объедающиеся люди (время сбора урожая, Дионис). Ну а зима, конец года, период смерти и увядания, уходящего времени -- это старик, греющийся у огня (также ассоциации с Хроносом, богом времени, изображаемым бородатым стариком).

С. де Вос. Аллегория четырех времен года. 1635


Это было отступление в формате сноски, объясняющее, что олицетворять зиму стариком -- это старая культурная европейская традиция со времен ренессанса и барокко, а не только "исконно русский архетипический образ".

Вернемся к нашей литературе.
В отличие от Одоевского, с точки зрения иллюстраций некрасовская поэма "Мороз Красный нос" выглядит более многообещающей в наших поисках ранних дедов Морозов.

Однако что предлагает нам Елизавета Бем в 1872 году?
Провалиться мне на этом месте, если это не энт Древобород!



Если же мы взглянем на весь корпус иллюстраций этой поэмы, включая советские, выясняется, что и в ХХ веке отыскать  отчетливую фигуру Мороза там не очень просто. Напомню, что поэма Некрасова про то, как одна женщина работала-работала, и ей было очень плохо, она пошла в лес и там замерзла, а перед этим ей явился Мороз-воевода. Иллюстрации к поэме в основном сосредотачиваются на фигуре героини, и Мороз появляется лишь единожды, будто в видении. Иногда он гигант, воплощение стихии.

Иллюстрация Владимира Конашевича (1938) -- типичный пример этой иконографии. Мы можем угадывать тут шубу и шапку (из требуемых атрибутов), но лишь угадывать. По сути, достоверна только борода, да снежная белизна.



Более ранняя иллюстрация Бориса Кустодиева (1921) более конкретна, но тоже посвящена стихии, видению, явлению Смерти в образе Мороза.



Кстати, давайте составим чек-лист образа, список атрибутов каноничного Деда Мороза, истоки которого мы тут ищем:

  • борода (седая), усы, мощные брови

  • шапка (тканевый верх, внизу меховая опушка)

  • длинная шуба мехом внутрь, снаружи "крытая тканью", той же, что и шапка. Цвет -- красный или синий

  • шуба может быть украшена вышитыми (?) узорами по ткани, некой аппликацией

  • шуба может иметь длинные, прорезные рукава

  • пояс (опционально)

  • варежки

  • посох (опционально)

  • мешок с подарками (опционально)

  • Снегурочка в эскорте (появляется в советское время, эта веха подробно исследована, вычеркиваем)

Для иллюстрации этого списка беру две картинки с первой страницы выдачи яндекса, не заморачиваясь.



На некоторых ранних иллюстрациях встречается тулуп, армяк, короче -- дубленка, коричневой выделанной поверхностью кверху (как на картине Боровиковского выше), но этот вариант не закрепляется. Тут нюанс: тулуп -- это вариант все-таки бедненький, крестьянкий.

А богатая шуба в таком варианте, как у каноничного Деда Мороза, вообще весь его имидж, имеет, с точки зрения искусства, весьма узнаваемый прототип.
Это русский боярин.

"Портрет русского посла Петра Потемкина", 1682, худ. К. Карреньо де Миранда


Н. Парилов. Эскиз костюма боярина к "Сказке о царе Салтане". 1958.


Именно благодаря этому прототипу в виде боярcкого наряда у Деда Мороза на оторочке шапки появляется иногда треугольный вырез по центру лба. Да в общем-то, именно благодаря тому, что наряды бояр нас фоново окружают с детства в фильмах, мультиках и книжной иллюстрации, мы безошибочно, даже не вдумываясь, отличаем настоящего русского Деда Мороза от перелицованного под него Санта-Клауса.

***
Но вернемся опять к Морозу в книжных иллюстрациях 19 века.

Некрасовский Мороз выпадает из нашего списка атрибутов Деда Мороза банально из-за своего роста -- параметра, который мне даже не пришло в голову включить в лист.

Вот второй вариант иллюстраций к этой поэмы, без главной героини: изображен один гигант, шагающий выше леса ("Идет — по деревьям шагает..."). Некоторые из этих образов действительно имеют необходимые нам атрибуты (шапка, шуба, борода),  другие вполне сойдут за концепт-арты к "Игре престолов".

Яков Турлыгин. 1890-е


А.А. Попов. 1916


Но материала для анализа все-равно недостаточно.
Более полезной по части нормальных картинок оказалась народная сказка "Морозко", пусть и не принадлежащая перу великих мэтров. Видимо, потому что дед тут -- нормальный говорящий персонаж, с репликами, а не пугающая персонификация.
Тем не менее, на иллюстрациях 19 века мы не находим явственного прототипа канона. То, что совпадает профессия, гендер и наличие бороды -- недостаточно.

Здесь корона (западная) очевидно проникла из западных же иконографических источников.

Народные русские сказки в изложении П. Полевого / С рис. И.[С.] Панова. - Санкт-Петербург : тип. и хромолит. А. Траншеля, 1874


Тут опять проиллюстрирована Хтоническая сила.

Русские детские сказки, собранные А.Н. Афанасьевым / С картинками Н.Н. Каразина. - 3-е изд. - Москва : "Сотрудник школ" А.К. Залесской, 1889.


Здесь он даже бестелесен, хоть и бородат.

Сказки русскаго народа / текст под редакцией В. А. Гатцука ; рисунки художника Н. А. Богатова. - Москва : Тип. В. А. Гатцук (Д. Чернышевский), 1894-1895.


Очевидный перелом происходит после 1900 года, связанный с прорывом в полиграфии. В обилии появляются цветные иллюстрации, художники тоже (научившись у японской ксилографии, прерафаэлитской книги и французских пост-импрессионистских постеров), начинают развлекаться по-всякому.

К нашей цели мы при этом приближаемся медленно, хотя даже революция уже на носу, давно уже Дед Мороз должен был быть, вроде бы придуман.

Николай Маторин. 1908-10


Здесь у Мороза -- олицетворения стихии, даже чудесная корона из сосулек.

Худ. П.С. Афанасьев (1909)


Бестелесное существо.

Худ. И. Лебедев (1911, издание 1913)



Иллюстрация из той же книги, но не цветная, а графика. Видимо, из-за необходимости в четкости силуэта художник наконец дает Морозу четкую человеческую форму, в отличие от предыдущих листов. Каноничный? Ну, если не считать палицы с шипами в руке (японское канабо), вполне себе канон. Какой год? 1911/1913. Единственное, чего мне не хватает -- так это роста, стати у этого плюгавого мужичонки.



Издание "Морозко" с иллюстрациями Каррика считается важным, но я тут вижу вообще не Мороза, а мужчонку, которым он притворяется. Лапти какие-то. Не зачет.

Валерий Каррик (1916)


Прервемся с "Морозко" и просто поищем что угодно в рисунках на близкую тему в период 1900-1917 года.

Вот совершенно крышесносная иллюстрация неизвестно к чему 1914 года. Мне сначала показалось, когда мазнула взглядом, что это какой-то современный художник, типа Брома, Фразетты. Ан нет!

Праведников Евгений Иванович (1890 - 1940). "Зимняя сказка - Мороз и Снегурочка". 1914. "Тотемское музейное объединение"


А вот эта иллюстрация, датированная революционным годом, показывает нам каноничных Морозов, правда две штуки.

С. Ягужинский. Два мороза. 1917


Наконец, на иллюстрации Ивана Билибина мы видим уже почти то, что надо.
Проблема -- что это книга Contes de l'isba 1931 года, иностранная, нарисованная им, когда он был в эмиграции.



А вот то же самое, но год спустя, тоже эмигрантское.


Билибин повторил удачную композицию предыдущего года, но изменил, сделал более четкой фигуру Мороза. Вот теперь перед нами несомненно именно Дед Мороз. Забавное тут в том, что именно он использовал для этого. Помните выше, портрет маслом боярина 17 века Потемкина, кисти испанского художника Карреньо де Миранды? Потемкин был послом и впечатлил своей экзотической внешностью иностранного художника.

Фигура Мороза с иллюстрации Билибина 1932 года вдохновлена фигурами русских же бояр, членов иностранного посольства в Священную Римскую империю в 1576 году, изображенных с натуры. Гравюра эта сохранилась и очень известна, а историки русского костюма ее просто обожают.



Более того, до революции тот же Билибин использовал эту гравюру в качестве источника при работе над костюмами бояр, персонажей оперы "Борис Годунов". Эти эскизы пользовались большой популярностью и были выпущены в виде отдельных открыток.



Таким образом мы снова возвращаемся к образу боярина как к источнику, плюс возникает тема театра, о чем далее будет отдельно.

Посмотрите на этот рисунок Билибина для эмигрантской газеты 1925 года. Это явно Дед Мороз, но какая-то беднота: палка простая, деревянная, и кажется, что на нем обычный тулуп. Впрочем, варежки от Burberry/






***

Но, скажете вы, зачем вся эта лирика и практически бесплодные поиски, когда можно просто обратиться к сугубо практическому жанру и из него все извлечь. Открытки! Почтовые поздравительные и новогодние открытки! Наверняка именно на них можно узреть процесс сложения канонического Деда Мороза.

Оказывается, нет.

Оказывается, что такой важный жанр прикладной графики -- весьма поздний (для территории России). Первые сохранившиеся почтовые открытки у нас датируются  18 ноября 1895, а на "изобретение" рождественских открыток, которыми пользовался уже весь мир, потребовалось еще несколько лет. Первые русские рождественские открытки были выпущены с благотворительной целью Петербургским попечительным комитетом о сестрах Красного Креста (Община святой Евгении) для получения дополнительных средств на содержание больницы, амбулатории и курсов сестер милосердия к рождеству 1898 года.

Таким образом, если мы хотим считать, что иконографический канон Деда Мороза -- это дореволюционное изобретение, у нас остается весьма мало времени.
Что же творится со стариком, приносящим подарки, на дореволюционных открытках?
Очевидно, что спрос был велик. А художников (и вариантов изображения) не хватало
И видно, что печатники пошли по банальному, столь хорошо нам знакомому сегодня пути пиратства.
Брались западные открытки и переделывались на русский манер, подчас просто с изменением надписи.



Вот для этих открыток даже не стоит искать первоисточниках, человек с нормальными глазами и так видит, что это перелицованные Санта-Клаусы.



Стоит ли считать рождественские открытки, где старик не в красном, а в другом цвете, поисками канона русскими художниками?
Не обязательно.





Плагиат, судя по всему, был нормальным способом работы по обе стороны океана: например, мне кажется, что правая картинка ниже -- американская, а не английская, и явно было какое-то промежуточное звено.



Лишь в некоторых случаях мой геринг-радар мой навык опознания стилистики национальной школы соглашается назвать открытки работами именно русских художников.

Например, вот тут кадрировка и рисовка, которую в это время любили наши.



Или вот эта, периода Первой Мировой.


С Новым годом! : открытое письмо. - [Петроград : издание Н.И. Бутковской, между 1914 и 1917] (Печатня "Современное искусство"). - Цветная автотипия ; 14,2х9,6 см. (источник)



С Новымъ годом! [Изоматериал] : открытое письмо. - [Петроград : издание Н.И. Бутковской, между 1914 и 1917] (Печатня "Современное искусство"). - 1 л. : цв. автотип. ; 14,2х9,5 см. (источник)

Любопытно (так совпало), что все три примера выше изображают "бедного" Деда Мороза, в тулупчике. Не боярина. На двух примерах видны валенки.
Кстати, а что на ногах у каноничного Деда Мороза? Как-то я не задумалась над этим, составляя список. (Нет, ну понятно что та обувь, которая у актёра была в наличии поприличней, но все же?). Скорей всего, валенки, но какие-то нарядные. Сапоги также могут быть, наверное. В любом случае, из-за шубы не видно.

Александра Архипова пишет на Арзамасе, что Дед Мороз возвратился в советский был в 1937 году. Но когда же сложился его облик? Когда успел?
Мы увидели, что в 19 веке происходит очень слабое нащупывание канона, что книжная иллюстрация почти не приближается к нему. В почтовой открытке этого тоже не происходит, хотя хлынувшая с запада иконография Санта-Клауса, а также его "родственников", разумеется, начинает влиять на массовые ожидания. Мы увидели, что, если отбросить стихийных духов зимы, первончальным типом скорее был "крестьянин в тулупе", а не "боярин в богатой шубе".

Что же было дальше? Кто окончательно породил Деда Мороза?

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Tags: рождество, сказка
Subscribe

Posts from This Journal “сказка” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 132 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Posts from This Journal “сказка” Tag