Шакко (shakko.ru) wrote,
Шакко
shakko.ru

«Убийство Гонзаго» в «Гамлете» и его итальянские прототипы



Пьеса "Убийство Гонзаго", вставная в "Гамлета", рассказывает, как считается, о смерти вон того товарища слева со всем известного портретного диптиха кисти Тициана - т.е. урбинского герцога Франческо Мария I делла Ровере. Жену герцога (справа) зовут Элеонора Гонзага, и она убийце дальняя кузина.

"Гонзага" (с "а" на конце) при этом в пьесе --  это фамилия не убитого, а убийцы.


Убийцу зовут Алоизио Гонзага. Что характерно, его обвинили в убийстве, а потом начисто оправдали. Вообще, что герцога отравили, что он был именно убит -- установить не удалось.

Пико делла Мирандола приходился данному Гонзаге родным дядей. Художница Софонизба Ангиссола была дальней кузиной его жены.

Что любопытно, его сына Альфонсо в 1592 году убьет племянник Родольфо (вот тут безусловно убьет, 8 наемных убийц прислал). Считается, что это тоже один из прототипов вставной пьесы. Оно случилось всего за несколько лет до создания "Гамлета", мб Шеспиру английские туристы понарассказывали.

***

С тициановским портретом герцога Урбинского все еще интересней оказалось.
В скандинавской Легенде о Гамлете, откуда Шекспир оч. много взял, никаких портретов, разумеется нет.

Однако существует письмо Пьетро Аретино, в котором тот очень подробно со всяческими превосходными эпитетами расхваливает портрет Тициана и, соответственно, монарха, которому суждено будет убитым через яд в ухо. На картине, отметьте, есть даже доспехи, так впечатлившие Горацио. Шекспироведы считают, что оно, вон того, быть может, да.

Вот два изображенья: вот и вот.
На этих двух портретах – лица братьев.
Смотрите, сколько прелести в одном:
Лоб, как у Зевса, кудри Аполлона,
Взгляд Марса, гордый, наводящий страх,
Величие Меркурия, с посланьем
Слетающего наземь с облаков.
Собранье качеств, в каждом из которых
Печать какого-либо божества,
Дающих званье человека. Это
Ваш первый муж.

Аретино о портрете (на английском): We look at the large black eye, the hooked nose, and projecting jaw, with the perfect certainty that the owner of these features was a man of quick action and violent passions... .we see him with the plumed helmet and emblems of his rank in the background of a semi-circular niche covered with red damasked velvet. The steel armour in which his muscular frame is encased stands out a marvel of cool bright polish in front of the niche, whilst his head is turned to the right, and relieved in light against the brown wall of a room. His martial aspect is enhanced by the firmness of his pose, the staff with his arms, which he holds with his right hand, and rests on his hip, and the batons with the tiara and keys and the motto 'Se sibi', which are clasped behind him...

20 октября 1538 года: смерть герцога Урбинского Франческо Мария I делла Ровере (женатого на Элеоноре Гонзага) на своей вилле в Пезаро. Как считается, он был отравлен, возможно, во время одного из своих посещений Венеции.

Буллоу пишет, что эта смерть и её обстоятельства широко обсуждалась в Италии и за её пределами. В дальнейшем историки писали, что кто бы ни был автором идеи, все соглашались, что исполнителем был цирюльник, который поместил яд в ухо герцога. Согласно опубликованным документам, после кончины герцога тело его было обследовано и следы яда найдены; цирюльника по приказу сына покойного Гвидобальдо II делла Ровере пытали, и под пытками он признался, что он сделал это по указанию Луиджи (Алоизио) Гонзага (кузена Элеоноры) и его свояка, кондотьера Чезаре Фрегозо.

Луиджи Гонзага узнал об обвинениях Гвидобальдо, находясь далеко от места событий. Он резко отрицал свое участие, и ближайшие несколько лет были заняты попытками Гвидобальдо отомстить за отца, а Луиджи — найти защиту. В итоге новый герцог инициировал юридическое обвинение, а Луиджи нашел врача, который засвидетельствовал, что герцог умер не от яда, и воззвал к папе римскому; затем обе стороны обратились за правосудием к императору, затем Луиджи обратился к французскому королю. В итоге, спустя несколько лет такой переписки, Венецианская республика, где жил обвиняемый, отказала в открытии дела.

Позже в склоку на стороне урбинского герцога включился Пьетро Аретино, заклеймивший Гонзага и Фрегозо, однако уже в письме от 1540 года он извинялся за то, что связал имена двух «таких достойных людей с преступлением мерзкого брадобрея». Те потребовали 100 тыс. компенсации за клевету. Гвидобальдо опять обратился к папе, который сказал, что ничего не может сделать. В 1541 году Фрегозо попал в плен маркизу дель Васто; сохранилось письмо от Гвидобальдо к маркизу, в котором он просит не убивать его, пока он не раскроет свою тайну. В плену Фрегозо умер. В 1543 году Гвидобальдо прекратил преследовать своего врага, умершего своей смертью в 1549 году.

А вот портрет нерешительного сына-мстителя (Angelo Bronzino - Guidobaldo II della Rovere)



https://ru.wikipedia.org/wiki/Убийство Гонзаго
Tags: ренессанс, шекспир
Subscribe

Posts from This Journal “шекспир” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 7 comments